На следующий день семинара мы с Олесей спешили, как на праздник. Не было даже мысли о том, чтобы не прийти, пропустить. Ещё с вечера, ложась спать, мы пребывали в волнительном предвкушении новых практик, новых лекций и новых открытий. От наставников шла такая мощная и светлая энергетическая подпитка, они так умело отвечали на все наши вопросы, так доступно рассказывали о сложных вещах, что после семинара ещё долгое время сохранялось ощущение предельной ясности. Мы понимали всю суть вещей, испытывали небывалый подъём, желание постигать истину.
– Сегодня мы с вами продолжим говорить о целительстве, – сообщила Чандра, усаживаясь за стол, расположенный на импровизированной сцене в передней части спортзала. – И в частности, о диагностике заболеваний. Но перед лекцией я хотела бы услышать обратную связь. Вчера мы делали целительскую практику по лечению больных. Если вы что-то почувствовали, если у вас были феномены, пожалуйста, выйдите на сцену и расскажите об этом.
По залу прошла волна оживления, и я увидела, что многие хотели бы поделиться своими историями – в воздух взметнулось сразу несколько рук. Среди них была и седовласая худощавая женщина, которая запомнилась мне тем, что вчера особенно активно задавала наставникам вопросы. Она была такая светлая, позитивная, очень энергичная, несмотря на пожилой возраст. Женщина поднялась со своего коврика, вышла на сцену, и все наши взгляды устремились на неё.
– Доброго всем дня, – поздоровалась она, окинув взглядом зал. – Меня зовут Татьяна, и я хочу сказать огромное спасибо Учителю, благодаря которому всё это становится возможным. Спасибо за это Знание! То, что произошло вчера, я не могу назвать иначе, как чудо, – голос женщины дрогнул, и я поняла, что в её глазах стоят слёзы радости. – После автокатастрофы моя дочь перестала ходить. Уже пять лет она передвигалась только на коляске, мучилась пролежнями. Врачи на нас махнули рукой, сказали, что шансов начать ходить нет. И вот, я прихожу вчера домой, а она встречает меня, стоя на ногах. Вы представляете?! Я не поверила даже сначала! Она пошла, сама!
Зал взорвался аплодисментами. Это было действительно потрясающе! Мы все ощутили себя немного причастными к этому чуду, мы пропустили эмоции этой седовласой женщины через себя – она плакала от счастья, а мы переживали небывалое воодушевление, понимая, что Знание действительно помогает. Оно исцеляет, дает силы тому, кто в них нуждается. А значит, медитации, подобные вчерашней, надо делать! Я и сама убедилась в этом, но выйти перед всеми и рассказать о своей маме не решилась – стыдно было выставлять на всеобщее обозрение её слабость, всю эту ситуацию с отчимом. Неприятно говорить о том, насколько мама сломлена, насколько погрязла в депрессии.
После Татьяны выходили ещё люди, делились своими историями, рассказывали о своих маленьких победах. У многих участников вчерашней медитации наблюдались успехи – их близкие в той или иной степени чувствовали улучшения.
Когда все высказались, Чандра провела с нами очередную динамическую медитацию, и началась лекция.
– Итак, сегодня мы поговорим о диагностике заболеваний. Самый простой способ выявления недуга, – по глазам, – объяснила наставница. – Прежде всего, мы смотрим на само состояние глаз, цвет склер, цвет радужки, блестящие глаза или мутные. По цвету глаз можно определить янский человек или иньский. Если глаза чёрного, карего, зеленого цвета, то это люди с янским уровнем энергии. А если глаза светлые, блеклые, светло-серые, голубые – это уже иньские люди – спокойные, уравновешенные.
– А если смешанного цвета? – спросил кто-то из зала. – Например, каре-серые или серо-голубые?
– Это значит, средний уровень энергии – не очень иньский, и не очень янский. Далее, смотрим на блеск. Человек с блестящими глазами – более здоровый по сравнению с тем, у кого глаза мутные. Дальше смотрим на склеры – это белок вокруг зрачка. Обращаем внимание также на его цвет. Если он белый, значит состояние здоровья хорошее. Но если оттенок склер желтый или серый, если есть лопнувшие капилляры, это говорит о болезнях. Еще мы смотрим разрез глаз – вытянутый он или круглый. Вытянутый – солярный разрез глаз. От слова солнце – «солярий». Это говорит о высоком уровне янской энергии. Круглый – это лунный глаз, значит человек иньский, луноликий. Так мы определяем потенциал человека, а потом смотрим угол наклона. «Кошачий глаз» с приподнятым вверх уголком говорит о переизбытке энергии. Если глаз идёт ровно, значит, человек уравновешенный, а вот если уголки глаз опущены вниз – это признак меланхолии, депрессии, упадка, желание убежать, скрыться, отъединиться от мира.
– А если по разрезу глаз – янский, а по цвету – иньский? – спросила Олеся.
Сестра сидела справа от меня со своим неизменным блокнотом.
– Тогда смотрите на другие признаки, – мягко пояснила наставница. – Если уголки глаз идут вверх, сами глаза карие, блестящие – значит, человек янский. Если вниз, голубые, мутные – значит, человек будет иньский. Но это только внешние признаки, которые дают представление об общем уровне энергии и состоянии здоровья. Более точную диагностику можно провести по радужке. Лучше всего рассматривать её через лупу. При этом левый глаз будет отражать правую сторону тела, а правый – левую. Нижняя сфера относится к Муладхара-чакра. Середина у нас будет Анахата – посередине зрачка. Дальше – Вишудха – чуть выше над серединой. Дальше – Аджна – ближе к верхнему лепестку. И наверху – Сахасрара-чакра.
– А как понять, что именно эта чакра поражена? Какие признаки? – спросила Мария – та самая молодая женщина, которая вчера рассказывала мне про чакры.
– На радужке есть определенные изменения, отклонения на волокнах, которые идут от центра к периферии, – с готовностью ответила наставница. – Когда вы возьмете лупу, вы увидите много тоненьких ниточек, которые располагаются в несколько слоев. И там, где у человека заболевания, в той чакре, в том секторе и будут располагаться различные пятна и точки. Бывают ещё разволокнения, когда волокна расходятся, и на этом месте появляется тёмная такая дырочка. Ещё волокна могут пойти волнами – это начальная стадия болезни.
По мере того, как я слушала Чандру, мне хотелось сразу же попробовать – взять в руки лупу и практиковаться!
– Разволокнение говорит о нарушении энергии, о слабости, – продолжала наставница. – Точки же – это переход на уровень физического тела. Они могут быть черными или коричневыми – это значит, что в органах уже пошли функциональные нарушения. Может быть изменение цвета, когда верхняя часть радужки более светлая, нижняя – более темная. Значит в верхних чакрах энергии меньше, в нижних – больше. Таким образом, почти невооруженным глазом, сразу, сходу, без видения ауры можно определить, кто такой человек, какие у него отклонения.
– А какие есть ещё способы диагностики? – снова спросила Мария. – Есть ли ещё что-то такое, что мы с нашим уровнем можем уже сейчас делать?
Выслушав вопрос, наставница кивнула:
– Да, есть ещё один очень простой метод. Мы с вами говорим, что органы соответствуют чакрам, а чакры расположены в позвоночнике. Вдоль позвоночника у нас идут нервные окончания. Наши органы соединены с позвоночником и с внешней частью тела. И каждый орган подает сигналы на позвоночник. Вдоль него идет самый длинный меридиан в теле – мочевого пузыря, и на нём находятся все сигнальные точки, которые говорят о болезнях органов. И таким образом, по этим точкам мы определяем, что у человека болит.
– То есть, нужно ориентироваться на болевые ощущения? – спросила Татьяна – седовласая женщина, которая в начале занятия рассказывала о своей дочери.
– Именно! Вы кладете пациента на живот, руки – вдоль тела или под подбородок. И потом методом нажатия начинаете искать самые болезненные точки вдоль позвоночника. Чтобы излечить ту или иную болезнь, нужно эти точки активно массировать. Как правило, внутри этих участков у человека находятся болезненные мышечные уплотнения. Их нужно массировать, несмотря на боль. По двадцать-тридцать минут – до тех пор, пока боль не пройдет. И потом этот сигнал идет к позвоночнику, а дальше – к больному органу, и он начинает выздоравливать. Несколько таких сеансов могут полностью вылечить болезнь. Например, одна женщина после аборта страдала сильнейшим воспалением. Она практически на операцию собралась ложиться. К области копчика нельзя было притронуться. Мы с ней сделали шесть массажей. Она пошла к врачу. Приходит ошеломлённая, говорит: «У меня все нормально». То есть это очень великая вещь – рефлексотерапия. Буквально нажатием на одну точку можно человека вылечить. А нажатием на другую – можно убить. Древние кунаити знали эти точки. Могли надавить, и человек умирал. И мы с вами начнём изучать эти точки. После массажа человека нужно накрыть тёплым одеялом и некоторое время дать ему спокойно полежать. На следующий день в это же время вы с ним точно также работаете. И так – неделю.
Чандра так интересно рассказывала, что сорок минут лекции пролетели незаметно. Не возникало ощущения пресыщения, хотя информации было много. Но всё так доступно, понятно. Наставница приводила много примеров из своей практики, свободно отвечала на все наши вопросы. В конце у меня создалась чёткая и объемная картина о том, как правильно проводить диагностику. И мне так нетерпелось скорее попробовать рефлексотерапию. Я думала о том, как было бы здорово помочь маме, избавить её от хронической язвы, облегчить её состояние.
После лекции были разные практики, медитации, часовое занятие йогой, релаксации. Второй день был ещё более насыщенным, чем первый, ещё более интенсивным.
В одном из перерывов к нам с Олесей подошёл Индра – один из помощников наставников:
– Девушки, а не хотите ли вы прогуляться вечером? Покажите мне город. Какие у вас есть интересные места, где вы гуляете, как отдыхаете? Я ведь ничего у вас не знаю, – мужчина доброжелательно улыбнулся.
Он сказал это так просто, без какого-либо «романтического» подтекста, как единомышленник и старший товарищ.
– О, мы с удовольствием! – ответила за двоих сестра, и в её глазах заплясали искры воодушевления.
Нам было приятно, что Индра обратился с таким предложением именно к нам. Он пока ещё не был наставником, но уверенно шёл по пути Знания. Он уже много знал и умел, и общение с таким человеком обещало быть очень интересным.
Второй день семинара мы завершили упражнением «Incite». Наставники попросили всех участников встать лицом друг к другу, положить руки на плечи своих соседей справа и слева и коснуться друг друга головами. Мы стояли так, медитировали на свое сердце и посылали энергию на весь мир. Мы отдавали её и получали взамен гораздо больше – это были незабываемые ощущения, огромный прилив светлой радости. В какой-то момент я почувствовала себя размером с целую Вселенную!
* * *
Мы втроём – я, Олеся и Индра, – встретились после семинара неподалёку от рощи. Дело было уже поздно вечером, когда холодное февральское солнце уже давно спряталось за линию горизонта, и наш маленький городок полностью погрузился в темноту.
Индра был очень просто одет. В белоснежном хитоне он ходил только на семинаре. А в жизни – никаких дорогих украшений, никакого даже намёка на роскошь, никаких ярких цветов. На нём была простая серая куртка, тёмные брюки, вязанная чёрная шапочка. Обычная непримечательная внешность. Он мастерски сливался с обывателями, успешно скрывая своё отличие от них. Как истинный сталкер. Позже, когда Индра уехал, и я пыталась вспомнить его лицо, то сделать этого так и не смогла. Оно было слишком типичным, без каких-либо примечательных черт. Среднестатистическое лицо мужчины средних лет. Не слишком красивого, но, но и не отталкивающего.
Мы неспешно прошли через дубовую рощу. На протяжении всего пути текла непринуждённая духовная беседа – Индра с готовностью отвечал на наши многочисленные вопросы.
И вот, дойдя до Волги, мы встали около её крутого берега. Дубовая роща осталась позади – сейчас деревья стояли голыми, мерно покачиваясь на ветру в предчувствии весны. Впереди раскинулась красавица-река. На противоположном берегу виднелись вечнозелёные хвойные леса.
От совершенства открывшегося вида, залитого холодным лунным светом, захватывало дух. Некоторое время мы молча стояли, не в силах оторвать глаз от величественного пейзажа.
– А вы знаете, кому нужны все ваши беды и несчастья? – внезапно спросил Индра.
Мы с Олесей удивлённо переглянулись.
– Нет. Кому?
– А вот ей! – ответил Индра.
– Кому ей? – не поняла я.
– Вот ей, – повторил мужчина, выразительно указывая глазами направление.
Проследив за его взглядом, мы, наконец, догадались, что Индра говорит о Луне. Она висела высоко над рощей, словно огромный бледно-жёлтый блин.
– А ну-ка, начинайте её материть!
– Материть?! – переспросила я тихо, не веря своим ушам.
Недоумённо взглянув на Индру, я перевела взгляд на сестру, которая также пребывала в культурном шоке.
– Да, материть! Ругайте её!
Нет, Индра не шутил. Он был более чем серьёзен, давая нам понять, что это – своеобразное духовное задание. Тренинг, который имеет какой-то неведомый нам высший смысл. Но вот только какой?
Во-первых, я искренне не понимала, за что можно ругать Луну. У меня она всегда ассоциировалась с некоей романтикой, чем-то мистическим, загадочным, с холодной естественной красотой. Во-вторых, недоумение вызывала сама формулировка. «Материть» – то есть, грубить, сквернословить. В голове не укладывалось, как можно делать это при духовном лидере, коим для нас выступал Индра.
Видя наше замешательство, он начал пояснять:
– На нас действуют две силы: Солнце и Луна. Солнце дает свою энергию, Луна её забирает. Она питается нашими негативными эмоциями – болью, разочарованием, страданиями. Заставить животного страдать сложно, а вот человека – легко. Катаклизмы, войны, разрушения – всё это даёт Луне пищу. Она только тогда сможет стать Солнцем, когда вберёт в себя достаточно негативной энергии с Земли.
– Но как это происходит? – спросила я, не до конца понимая, что имеет в виду Индра.
– Да, как именно человека заставляют быть пищей для Луны? – поддержала мой вопрос Олеся.
– У человека в мозгу есть центр удовольствия и центр страдания. Определенные вещи связываются с центром страдания – начиная от примитивных ощущений голода, холода и боли до проявлений сложных чувств. Другие вещи связаны с центром удовольствия – например, инстинкт размножения. И центры эти выступают для человека кнутом и пряником, постоянно прогоняя его по колесу страданий. Ругая Луну, мы с вами получаем возможность оторваться от её влияния, освободиться. – Индра замолчал, внимательно глядя на нас с сестрой и пытаясь определить, насколько мы понимаем его слова.
– Получается, мы должны материть её, чтобы дать понять, что мы не согласны быть её пищей? – осторожно спросила я.
– Да, – кивнул мужчина. – Верно.
Я задумалась. Вот теперь, после пояснений, всё стало более-менее понятно, и мы с Олесей наконец попытались выполнить данное Индрой задание. Конечно, выполнили мы его из ряда вон плохо – у нас так и не получилось как следует разозлиться, поэтому вряд ли нам это помогло освободиться от влияния Луны. Тем не менее, эта ночная прогулка навсегда осталась в моей памяти…
Позже я неоднократно слышала об Индре – он стал не просто наставником, но, можно сказать, легендарной личностью. Он являлся олицетворением настоящего мага, сталкера, проводника Знания. При всей огромной нагрузке, которую имеют все наставники, а это – постоянные переезды, решение организационных вопросов, подготовка материалов к семинарам, проведение занятий с учениками и ответы на все их вопросы, поддержание связи с Учителем, – он ежедневно занимался многочасовыми тренировками и спаррингами. Он тренировался в лесу, как настоящий шаолинец, не жалея себя. Индра даже написал автобиографическую книгу, где рассказывал много действительно интересных вещей о Школе, о Знании, об Учителе. Он делился личным опытом, рассказывал о своём пути. Знакомство и общение с этим человеком, пусть и короткое, я всегда вспоминаю с благодарностью.
* * *
Каково было мое удивление, когда на следующий день Мукта заговорил о Луне и Солнце. Наша очередная лекция была посвящена Божественной Силе, законам октавы и потокам энергии.
– Божественная Сила, – объяснил Мукта, – это водород Н3. И когда этот водород начинает нисходить на человека, то есть когда сам человек настроен на его восприятие, он начинает очень многое понимать. К нему приходит сатори. Вся Вселенная – это одна очень большая октава. И когда она подходит к концу, черная дыра является той точкой, которая дает толчок для новой октавы. Это всё равно, что мы возьмём маленький атом вот этого стола – один атом несет в себе потенциал всего стола. И если мы возьмем множество таких точек, то получим стол. Это же относится и к человеку.
Я слушала наставника, и мне казалось, что он смотрит именно на меня. Хотя, наверное, такое ощущение создавалось у каждого слушателя лекции.
– Как вы думаете, чем отличается простой обыватель от садхака – человека, идущего по духовному пути – по пути садханы? – спросил Мукта.
– Он подключается к высшим уровням октавы? – ответил кто-то из зала.
– Да, правильно, – подтвердила наставник. – Включаясь в Эгрегор, садхак напитывается более высокими водородами и переходит на новую октаву. Как это происходит? Вот человек принимает решение встать на духовный путь. Он получает толчок и уже на этой энергии какое-то время идет вперед, усилия совершает, что-то делает. Потом наступает точка интервала, и здесь возможен спад: он перестает заниматься, делать зарядку, бросает практики. Старая октава затухает. И поэтому, чтобы продолжить, нужен новый толчок: изнутри или снаружи. Толчок – это качественное изменение, после которого человек начнет движение либо вниз, либо вверх.
Мукта сделал паузу, окинул присутствующих внимательным взглядом, словно хотел убедиться, что мы все понимаем и воспринимаем сказанное.
– Интервал неизбежен в любом деле, и важно, чтобы человек был готов к этому и заранее продумал, как он в этот момент поступит. В случае с садхаком, как вы думаете, – Мукта вновь обратился к залу, – что может выступить в качестве такого толчка?
По залу прошёл гул – участники семинара начали с места предлагать свои версии.
– Медитации?
– Духовные практики?
– Мудрые советы?
– Наставления Учителя?
– Верно, – ответил Мукта. – Все вы правы. Садхаку дают новые практики на осознание, и это позволяет ему переместиться на новую октаву. Но толчки бывают изнутри и извне. Внешние толчки также могут быть разными, вплоть до физических воздействий. Здесь всё зависит от человека – к каким советам он прислушается: к голосу своего учителя или к голосам общества. Важно, на что человек больше настроен. Если человек твердо настроен на Силу, то все, что будет делать его слабым, им просто отметается. Но спящему человеку трудно настроиться и увидеть правдиво свое состояние, поэтому нужно почаще задавать вопросы Учителю, иначе можно незаметно упасть назад.
– А как часто нужно совершать толчки?
– Это зависит от того, что мы берем за октаву. Запомните раз и навсегда: один человек никогда не сможет развиваться, иначе он бы уже давно всего бы достиг. Человеку всегда нужен учитель, наставник, который мог бы дать этот толчок. Конечно, есть такие уникальные личности как Гурджиев и ОШО, которые в отличие от обычных людей способны развиваться самостоятельно. Но таких личностей очень мало, и вокруг них всегда образуются группы и общины.
Мукта говорил отрывисто, энергично – его голос легко разносился по всему большому залу – в нём чувствовалась звенящая, вибрирующая Сила:
– Например, ученик Гурджиева Успенский писал, что на каком бы уровне не находился человек, он всегда находится во взаимосвязи с низшим и высшим уровнем. Все в макрокосмосе взаимосвязано. Нет отделённости. Рассмотрим самый простой пример: Луна-Земля-Солнце. Это и есть три уровня. Если брать Землю как средний уровень, то она всегда связана как с Луной, так и с Солнцем. Можно даже сказать, что без Луны Земля не могла бы развиваться, и не могла бы существовать органическая жизнь. И высший уровень – Солнце. Невозможно представить Землю без Солнца. Вот эти два уровня, которые еще постижимы для нас. А то, что за Солнцем и Луной, нам уже трудно понять. И если человек говорит, что может сам развиваться, то он отделяет себя от того, что выше (Бог, Учитель, наставник) и от того, что ниже (люди, которым нужна помощь). Успенский также говорит, что невозможно подняться вверх, не подняв на свой уровень кого-то. Это значит, что нужно передавать знания, чтобы самому расти.
– А человек может находиться сразу на нескольких октавах? На разных уровнях? – спросили из зала.
– Да, – ответил Мукта. – В одной октаве он может находиться только в начале, в другой – в середине или в конце. В одной октаве поступок человека может выглядеть как зло, а в другой – это благо, побуждающее его к развитию. Есть ещё вопросы?
И тогда заговорила Вера – сегодня она сидела позади нас с Олесей, и мы, не сговариваясь, обернулись:
– А вот иногда, когда я объясняю что-то, то вдруг понимаю: мне начинают открываться такие знания, о которых раньше и не догадывалась. Как говорится: так объясняла, что аж сама поняла. Отчего так происходит?
– Включаются высшие водороды. Они и дают понимание. Человек начинает размышлять в несвойственном для себя состоянии, и вскрываются более тонкие энергии, дающие ясность в голове. Ведь водород Н6 и дает такое понимание, которое иногда даже трудно облечь в слова. А если множество людей включает интеллектуальную часть и начинает вместе размышлять, то у всех усиленно начинает развиваться этот центр, ответственный за восприятие более тонких водородов. Поэтому собирайтесь группами и размышляйте, и да откроется вам истина!
На этих словах лекция закончилась, в зале зазвучала музыка, и участники семинара начали подниматься со своих мест, чтобы поделиться друг с другом впечатлениями. Около стола наставников, как всегда, начали собираться желающие задать личные вопросы – каждый хотел получить ответ по своей ситуации, пояснения по пережитому опыту.
К нам с Олесей подошел Индра:
– Ну, как вам лекция? – спросил он у нас обеих, демонстрируя искренний интерес. – Всё понятно?
– Да, всё очень интересно, – живо откликнулась сестра, перетягивая внимание мужчины на себя. – Всё буквально по полочкам разложили!
Индра сдержанно улыбнулся:
– Это только начало. Если вы будете продолжать идти по пути и знакомиться со Знанием, вас ожидает еще много открытий. Главное, не сворачивать, когда наступит интервал…
– Надеюсь, рядом будет кто-то, кто даст мне толчок…
Глаза Олеси засветились, и в её голосе проскользнули нотки флирта. Я ещё вчера заметила, что она неровно дышит к Индре – в его обществе она становилась кокетливой, старалась перешагнуть эту незримую грань, которая отделяет взаимоотношения между учеником и наставником и связь между мужчиной и женщиной.
– А я… хотел бы ещё раз сказать вам спасибо за то, что показали город, за прогулку под Луной, – Индра сделал паузу, тщательно подбирая слова, как будто сейчас шёл по очень узкой горной тропе и боялся сделать неверный шаг в сторону. – И… я хотел бы вам кое-что предложить. Вам обеим.
Индра перевёл взгляд с Олеси на меня и обратно.
– Как интересно! Что же? – сестра подалась вперёд, даже не пытаясь скрыть нетерпение.
– Тут слишком шумно, – с загадочным видом Индра кивнул в сторону раздевалки. – Идём за мной.
Следуя за мужчиной, мы вышли из зала и практически тут же оказались в небольшой узкой комнатке, предназначенной для переодевания школьников. Именно это помещение во время семинара выполняло роль места для отдыха наставников и их помощников – здесь Чандра и Мукта готовились к проведению практик и медитаций, настраивались на предстоящие занятия. Интерьер комнатки был более чем аскетичным – только вешалки на стенах и длинные низкие лавочки по периметру. Сейчас в кабинете никого не было – оба наставника во время перерывов находились в зале, отвечая на вопросы участников.
– Садитесь, – Индра серьёзно кивнул на места за первым столом, а сам занял учительское место напротив и положил на стол руки – крепкие, жилистые, словно вытесанные из мрамора искусным скульптором. – Вы знаете, что такое тантра?
Мы с Олесей переглянулись и одновременно кивнули. К тому моменту мы обе уже отчётливо понимали, что тантрические практики вовсе не подразумевают секс.
– А пробовали вы когда-нибудь тантру? – осторожно спросил Индра.
– Нет, пока только читали о ней, – ответила за двоих Олеся, взявшая на себя активную роль в разговоре. – В той самой книге-фильтре.
– О, вы читали книгу-фильтр! – заинтересовался мужчина. – И как вам она?
– Мудрая вещь, хотя порой непросто продраться сквозь всё это… всю эту грязь, – ответила Олеся.
– А я, если честно, сначала застряла в самом начале, на двадцать первой странице, – призналась я, – не могла заставить себя идти дальше. Я тогда читала «Пространство любви» Мегре, а там всё так сильно пропитано ощущением света и добра, что перестроиться было тяжело. И у меня возникало отвращение, я забросила книгу и долгое время не брала её. Но потом поняла, что в самых разных ситуациях я вспоминаю о том Знании, что там содержатся. И каждый раз меня поражало, насколько точно и насколько глубоко сказано. И я просто не могла не продолжить!
Индра внимательно выслушал и кивнул:
– Только те, кто избавляется от шор на глазах, может отделить зёрна от плевел и увидеть в книге Знание. Поэтому она и называется фильтром. Не каждый может рассмотреть истину за грубостью, всей этой нецензурщиной, грязью и жестокостью. Учитель специально написал книгу именно так, чтобы отсеивать тех, кто не желает понимать… Тех, кто смотрит только на поверхность воды и не может проникнуть вглубь.
О книге я услышала ещё до того, как Олеся достала и подсунула мне потрёпанный экземпляр, который, судя по всему, многократно передавался из рук в руки. Об этом произведении знали все, кто хоть как-то знаком был со Школой. Книга вызывала много споров и действительно шокировала, будоражила, никого не оставляла равнодушным. Её либо поливали грязью, либо – восхищались глубиной Знания, в ней заключенного.
– В книге хорошо описана суть тантрических практик, – произнёс Индра мягко. – А вы не хотели бы вы попробовать? Со мной?
Конечно, мы хотели! Это предложение стало для нас чем-то невероятным. Мы даже и мечтать не могли о подобном счастье. Но для Олеси это было ещё и возможностью сблизиться – я видела, как она хочет понравиться этому мужчине. Вообще моя сестра довольно легко относилась к сексу, можно сказать, даже слишком… Поэтому я уже тогда подозревала, что этот интерес к Индре был сконцентрирован скорее на физическом аспекте, но мешать не собиралась. Наоборот, добровольно ушла в тень, предоставив Олесе возможность спокойно «подбивать клинья». Именно она договаривалась, назначала время, флиртовала. Сам Индра держался доброжелательно, но сдержанно. И не давал вообще никакого повода и ни в коем случае не поощрял устремления Олеси. Ни на семинаре, ни во время прогулок, ни потом, во время тантрического опыта.
* * *
Индра пришёл к нам домой в последний вечер перед отъездом. Мы готовились, ждали, представляли, как всё будет. Я морально настраивалась на то, что должно произойти и целый день ходила в предвкушении интересного опыта. Олеся же с утра простояла у плиты, собираясь проложить путь к сердцу Индры через желудок. Я изначально отнеслась к затее скептически – понимала, что Индра придёт не как мужчина, а как наставник. Попыталась убедить в этом Олесю, но она так хотела сделать гостю приятное, так хотела поразить его своими кулинарными талантами и завлечь в свои сети, что ничего даже не хотела слышать.
Наконец раздался звонок, и сестра стремглав кинулась к двери – пришёл.
– Вечер добрый, девушки, – поздоровался гость с лёгкой улыбкой.
– Добрый вечер, а мы вас уже ждём! – кокетливо ответила Олеся, впуская мужчину в коридор.
– Пойдемте на кухню? – Как только гость переступил порог, Олеся тут же начала суетиться, активно демонстрируя типичное поведение женщины, которая хочет понравиться мужчине. – Я приготовила небольшой ужин.
Индра покачал головой:
– Нет, спасибо, я не голоден.
Олеся замерла на месте, удивлённо и даже несколько разочарованно хлопая глазами:
– Как? Но я же… Почему?
Гость спокойно и доброжелательно улыбнулся:
– Не стоит, правда.
– Но может, хотя бы пирог с сырной начинкой? Один кусочек, а? Ещё тёплый!
– Я, правда, ценю твоё рвение, спасибо, но я всё равно откажусь.
Олеся сделала ещё несколько попыток проложить «самый короткий путь к сердцу мужчины», но Индра был так же непреклонен, как и спокоен. Он отказался от всего, что предлагала Олеся, причём без какого-то стоицизма – легко, не делая над собой никаких усилий. Он был собран и, как мне показалось, ни на секунду не забывал, зачем пришёл.
Когда сестра отступила и бросила свои попытки накормить Индру, мы, наконец, прошли в комнату.
– Ничего себе, прямо как в Ашраме! – удивился и обрадовался гость к нашему с Олесей общему удовольствию.
Эти слова для нас прозвучали, как желанная похвала, признание того, что мы всё делаем правильно. Наша с сестрой комната действительно была очень нестандартной – по-спартански простой, без каких бы то ни было лишних деталей. Мы не прикладывали усилий к этому – так получилось, что отчим вывез из квартиры всю мебель, оставив нас буквально ни с чем. Но мы радовались возможности жить в свободном пространстве. У нас не было даже привычных кроватей – вместо них на полу лежали два матраса, на которых мы и спали. Из всей обстановки было только небольшое зеркало на стене и простенькие шторки на окнах – пусто, чисто, свежо.
Мы все втроём сели на пол, скрестив ноги по-турецки, и Индра заговорил:
– Тантра – это очень широкое понятие, и уж конечно, это – не секс! Как говорил Ошо, тантра – это не техника, а молитва. Она ориентирована не на голову, а на расслабление в сердце. Один из постулатов тантры является работа с энергией человека, и в частности, с сексуальной энергией. Когда сексуальная энергия накапливается в нижних отделах, это вызывает напряжение, которое требует разрядки. Разрядиться с помощью секса – самое простое и очевидное решение, но в этом случае накопленная энергия будет потеряна. Тантра позволяет пробудить ещё больше сексуальной энергии и перераспределить её на всё тело.
Индра рассказывал, а мы слушали его, буквально раскрыв рты, стараясь как можно больше запомнить и воспринять, ведь совсем скоро нам предстояло попробовать эти практики на себе.
И вот, когда мы были уже готовы, Индра поманил Олесю к себе и посадил её на колени. Помимо этого телесного контакта больше не было никаких прикосновений, никаких поглаживаний, тем более никаких поцелуев и ласк. Я внимательно следила за процессом, настраиваясь, пытаясь понять, что они оба чувствуют.
– Иди сюда, – произнёс, наконец, мужчина, и мы поменялись с сестрой местами.
Здесь не было сексуального контакта, только соприкосновение женской и мужской энергетик. Я ощутила сначала свою энергию – как она движется, куда направляется. Потом – постаралась почувствовать активную энергетику Индры, погрузиться в янский поток, ощутить эту взаимосвязь, переплетение, слияние. Отдать ему свою энергию, чтобы заполнить его…
Мы с Олесей по очереди садились к Индре на колени. По очереди переплетали с ним свою женскую энергетику, отдавали её партнёру, перемещали её сначала вверх, потом вниз. Когда на его коленях сидела сестра, мужчина несколько раз строго (даже грозно) хлопал её по бедру – в те моменты, когда она начинала домогаться его, опускаясь с тонкого плана на физический. Когда он понимал, что она хочет его, пытается вовлечь его в телесный контакт…
Индра учил нас сознательно управлять потоком энергии, направлять его снизу вверх, к сердцу, а далее – к области третьего глаза. После этого энергия должна была перейти в область третьего глаза партнера, а дальше она спускалась по его позвоночному столбу через канал сушумна.
Это было незабываемо и ни на что не похоже. В конце практики энергия буквально переполняла меня. Примерно такое ощущение бывает после хорошего секса, только сейчас оно оказалось во много раз сильнее, хотя никакого секса не было.
Наполненность. Вот как можно было назвать это состояние. Отдавая, я сама заполнилась до краёв!
– Ну может быть теперь поужинаем? – с надеждой спросила Олеся, обращаясь к Индре, когда всё закончилось. – Давайте я разогрею пироги, а? Или, может быть, хотя бы салат?
Мужчина отрицательно качнул головой:
– Спасибо, но я и в самом деле не голоден.
После тантры он уверенно держал марку, ни на миг не позволяя себе скатиться к банальным вещам, которых можно было бы ожидать от мужчины после обычной физической близости.
– Может быть, хотя бы чай, а?
Индра улыбнулся:
– Хорошо, если ты настаиваешь. Если можно, то зелёный и без сахара.
Когда Олеся, счастливая, упорхнула на кухню, мужчина потянулся к своему пакету, бережно вытащил оттуда маленький фотоальбом и протянул его мне:
– Посмотри.
Я взяла альбом и с каким-то особым трепетом раскрыла его. Так состоялась моя первая заочная встреча с Учителем. Весь фотоальбом состоял именно из его фотографий. Он представал на снимках в разных местах и разных образах, с разными выразительными жестами. Тогда я ещё, конечно, не знала, кто это. Было понятно одно – фотоальбом этот непростой. И человек, изображённый на фотографиях – тоже.
– Какой снимок тебе больше всего нравится? – спросил Индра, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Я задумалась, осторожно перелистывая страницы альбома, пока не остановилась на фотографии, которая ещё при первом просмотре запала в душу. Учитель на ней находился в горах Кавказа. Он стоял под раскидистым вековым деревом – такой возвышенный, спокойный, мудрый. Руки его были подняты с раскрытыми ладонями – в благословляющем жесте. Невероятно светлое лицо как будто светилось изнутри.
Меня поразили его руки – ладони казались нереально большими, даже огромными. Словно они могли взять тебя в охапку, закрыть от всех невзгод и бед, обеспечить надежную защиту и покровительство.
– Вот эта, – указала я на фото.
– Точно эта? – спросил Индра.
– Да, точно… – уверенно ответила я.
– Тогда я тебе дарю её.
Я подняла взгляд на мужчину, ещё не веря в то, что происходит. А он мягко улыбнулся и кивнул, подтверждая, что снимок теперь действительно мой. Вытащив фотографию из прозрачного кармашка, я прижала её к груди и снова поднесла к глазам. Долго смотрела и не могла насмотреться.
Потом, вплоть до поездки на региональный семинар Школы, я держала эту фотографию на подоконнике, просыпаясь и засыпая под благословляющим жестом Учителя…
Вошла сестра, принесла дымящийся чай в красивых керамических кружках.
– Спасибо, – Индра бережно принял чашку из рук Олеси и сделал небольшой глоток. – Я завтра уезжаю, – сказал он после короткой паузы, – и хотел бы дать вам одно тантрическое задание.
– О, это очень интересно, – сказала я воодушевлённо.
– Да, – подтвердила Олеся. – А что нужно будет делать?
– Вы должны научиться быть разными. Меняйте свои образы – каждый день создавайте новый и старайтесь не повторяться. И помните о том, что образ – это не только одежда, но и причёска, и макияж. Выполняйте это задание столько, сколько сможете – месяц, два… Задание не такое простое, как может показаться на первый взгляд, – пояснил мужчина с загадочной улыбкой. – Вы сами поймёте, в чём его сложность…
Мы с сестрой переглянулись – обрадовано, предвкушая очередной увлекательный опыт.
С Индрой было очень интересно беседовать, и он старался держаться с нами обеими очень уважительно, но я не могла не заметить, что весь остаток вечера он общался в большей степени со мной, а не с сестрой. Хотя вначале было как раз наоборот. Видимо, после нашей практики он понял, что Олеся – не более чем духовный турист и не в состоянии серьёзно идти по Пути.
Засиживаться долго наш гость не стал. Выпил приготовленный сестрой напиток и быстро засобирался.
Когда Индра вышел за дверь, и я уже собиралась закрывать за ним, он в последний момент обернулся и произнёс, глядя мне прямо в глаза:
– До встречи в Ашраме.
Он сказал это так спокойно и уверенно, как будто моя поездка в Ашрам была данностью. Как будто он знал, что я обязательно приеду туда. Я хихикнула, давая понять, что оценила шутку.
Для меня это было всё равно, если бы он сказал: «Встретимся в космопорте, когда откроются рейсы на Луну». Несмотря на серьёзную интонацию Индры, я даже не подумала о том, что его слова действительно окажутся пророческими.
И, хотя с Индрой мы в Ашраме так и не увиделись, но именно он зародил во мне мысль о том, что нет ничего невозможного…
